Дала мужу перед покосом


Жизнь не давала расслабиться - Я и сейчас помню, какая сладкая и запашистая была первая земляника, - вспоминает Татьяна Васильевна, - собирали её в начале лета и на солнечных пригорках, и в затенении возле кусточков. Выходила вся ребятня, и всем хватало этой ягоды. Какая прекрасная, просто сказочная наша алтайская земля! Татьяна Васильевна Галущенко родилась на Алтае в деревне Новоперуново Тальменского района, что не так далеко от Барнаула.

Было это в далёком году в ветреном и заснеженном феврале. У её родителей, Василия Илларионовича и Матрёны Анфиногеновны Просековых, было семеро детей, но два мальчика-погодка умерли в раннем возрасте, осталось четверо девчонок и старший сын Аркадий.

В те времена семьи в основном были многодетные, а это и рабочие руки, и взаимопомощь, поддержка, чтобы была нормальная семья и достойная жизнь. В такой семье и жила Дала мужу перед покосом Васильевна, в те годы ещё просто Танюшка. Не только было много разной ягоды в алтайских лесах, перелесках, таёжных зарослях, но и грибов, ореха, дичи. На зиму заготавливали по нескольку деревянных кадушек Дала мужу перед покосом солений — капусты, огурцов, грибов, запасали картофель, свеклу, морковь.

Огороды держали большие, работать приходилось всем, зато и жили безбедно. За что и поплатились. Когда начались аресты на деревне, дедушка по линии матери, Анфиноген Андреевич Шишкин, сказал: Он всю зиму на печи лежит.

Чтобы как-то прожить, занимает муку по полпуда то у одного, то у другого, обещая весной отработать. А приходит весна, его не дозовёшься работать в поле, Дала мужу перед покосом долг, то сбежит, то скажется больным. Работать не любит, а выпить — с удовольствием. Есть у него несколько таких же дружков. Время раскулачивания стало благодатным для таких лодырей. Они сейчас обберут людей, всё пропьют и снова будут искать, где бы и на ком поживиться. Изведут настоящих мужиков, и деревня сгинет.

У дедушки ещё раньше умер сын, и он взял безродного маленького мальчика, родители у которого умерли. Он его воспитал, выучил, парень отслужил в солдатах и вернулся домой. Дедушка ему Дала мужу перед покосом построил пятистенный дом, дал коня, корову, овец, птицу - всем обеспечил.

Когда началась коллективизация, Шишкины и Просековы отказались вступать в сообщество, и дедушке приписали эксплуатацию наёмного труда. К тому же пасеку держал, 70 колодок. И его вместе с бабушкой, Анной Куприяновной, отправили этапом в Нарын Томской губернии, где одни болота, мошкара несусветная, гнус.

Там они и умерли, сначала бабушка, потом и дедушка. Как рассказывали очевидцы, шёл он домой, опёрся на забор, там и остался. Труженик великий был и очень добрый, - вспоминает Татьяна Васильевна. Рассказала она, какой был большой, добротный дом у дедушки. Жильё делилось на две половины — летнюю и зимнюю. Аещё была боковушка, там, в небольшой комнатке, стояли полки, Дала мужу перед покосом заставленные книгами, в основном на религиозную тему.

Было много икон, всегда горела лампадка. Не прошло и двух лет, как активисты сельсоветские взялись и за отца Тани. Он вместе с братом Александром рано остался без родителей умерли они совсем молодыми. У них был большой двухэтажный дом и много надворных построек — амбары, склады, баня, загоны для скота. Воспитывала братьев тётка Катерина.

Она старалась выучить племянников, возили их в телеге за восемь километров в районный центр Тальменку, где была школа. Но они всегда благополучно оттуда сбегали, учиться не захотели. А когда повзрослели, и пришла пора создавать свои семьи, отцовский дом взял себе брат, а из хозпостроек Василий Илларионович выстроил себе добротный и просторный дом.

В нём и жила вся дружная семья. Отец был мастеровой, имел кузницу, всё мог там сделать. Бывало, по весне мужикам перед выходом в поле требовалось отремонтировать бороны, плуги, другой инвентарь, и к кузнецу Просекову выстраивалась очередь. Вставал отец рано, в три часа ночи ещё и выругается: И работать мог сутками.

Кому-то из сельсоветских он не понравился, и Дала мужу перед покосом году за ним пришли. За несколько дней до этого пропал красавец конь Воронько, помощник во всех хозяйственных делах, можно сказать, кормилец.

После того, как главу семьи забрали, всю семью мать и пятеро детей мал-мала меньше выгнали из дома. Отца осудили на три года и определили в Томскую тюрьму. Семья же стала ютиться в кузнице, настелили там соломы, так и жили. Спасала большая русская печь, которая стояла в углу, на ней спали дети. Понятно, что их и отсюда могли выгнать.

Тогда мама, Матрёна Анфиногеновна пошла в сельсовет и достала Дала мужу перед покосом на всю семью, удостоверяющую личность каждого. Маме было тогда 46 лет. Неграмотная, простая, русская женщина она хорошо понимала, семью надо спасать.

Надо было уезжать из родных мест. Нашла лошадь, телегу, посадила туда детей и увезла их на станцию Черепаново. Оттуда на поезде уехали в Сталинск нынешний Новокузнецк.

Там строился горно-металлургический комбинат. Приезжим с детьми жить было негде. Они выкопали землянку, нашли какой-то стол, сделали нары, так и жили. Когда садились за стол, с потолка падали дождевые черви, но к Дала мужу перед покосом быстро привыкли. Землянок было много, все они стояли в ряд, неунывающая детвора бегала тут.

Чтобы прокормить детей, мама ходила по баракам, где селили молодёжь, приехавшую на стройку, собирала бельё, стирала Дала мужу перед покосом, за это ей платили, тем и жили. Была удивительная доброта среди этих людей.

Делились Дала мужу перед покосом, чем. У кого-то лишняя одежда, отдавали её нуждающимся. Из соседней землянки женщина часто приносила картошки, какую-то другую еду. Сообща переживали горе, не особо жаловались, всё терпеливо сносили. Главное — мы выжили. Так прожили около двух лет, и неожиданно вернулся отец.

Он просто сбежал из тюрьмы. Как рассказывал, многие так делали, только не все возвращались, слишком тяжёлые были условия, когда сбегали, приходилось пробираться по Дала мужу перед покосом, тайге.

А вот брат его, Александр Илларионович, был по навету расстрелян. Как рассказывала его жена Таисия, пришли за ним, одел он фуражечку, и так налегке увели. Больше никогда его не видели. Это были годы не только страшных репрессий, но и годы грандиозных строек в стране, вербовка рабочих шла повсюду.

Для строящегося металлургического комбината требовалась руда. Богатые залежи её находились в Таштаголе, там открывался рудник. Дала мужу перед покосом и завербовались отец с братом. Опять за счёт своего упорного труда. Обрабатывали огороды, держали небольшое хозяйство, сами косили сено. Покосы были не близко, летом приходилось вставать очень рано, над полями ещё туман, но вот всходит солнце, ласкает лицо, а травы богатые, все в росе.

Работая, вставали друг за другом, прокосы ложились ровно. Вот уже и солнце пригревает, загудели пчёлы, шмели, такая красота. Деточки мои, нам жизнь не даёт расслабиться, всё должны выдержать.

И все работали с утра до вечера. Наступало первое сентября, у детей начинались занятия, их уже не отвлекали. Старшая сестра Варвара поступила в Томский политехнический институт, Татьяна оканчивала школу, младшие, Степанида и Тамара, ещё учились. В году неожиданно умер старший брат Аркадий, за ним, уже в году, из-за воспаления лёгких отошёл в иной мир отец. Страшной стала весть о войне. Не сразу оценили весь ужас случившегося.

Всех парней отправили на фронт. Из одноклассников Татьяны назад вернулись только двое, остальные погибли. Жизнь в тылу была очень тяжёлой. Не было в достатке еды, из одежды, как всегда, только фуфайки и те были не новые, у многих латанные-перелатанные.

Из школы забрали на фронт почти всех Дала мужу перед покосом, но занятия не прекращались. Уроки вели вчерашние выпускники.

Похожее видео